Мир для Вас - Туризм - Главная страница
phone: +7 495 778 06 30 / +7 499 130 46 72 / +7 495 937 29 27 / e-mail: tour@edinstvo.ru phone: +7 495 778 06 30 / +7 499 130 46 72 / +7 495 937 29 27 / e-mail: tour@edinstvo.ru
phone: +7 495 778 06 30 / +7 499 130 46 72 / +7 495 937 29 27 / e-mail: tour@edinstvo.ru

Страна:Россия
Регион:Санкт-Петербург
Город:Санкт-Петербург
Просмотров:858
Петербургская бессонница
Любите ли вы Питер, как люблю его я? Эти дворцы и мосты, эти храмы и набережные. Но подобно тому, как в любимом человеке можно находить и находить новые черты, так и знакомый город вдруг откроется с новой стороны. Многие москвичи специально едут в Петербург, чтобы "поклубиться". Потому что здешние клубы имеют свое, необычное и ни на что не похожее лицо.
Мы въехали в северную столицу на машине. Невский проспект соблазнительно подмигивал огнями дорогих клубов и ресторанов. Но мы, наученные знатоками питерской ночной жизни, знали, что они нам не нужны. Первым пунктом был "Чаплин", клуб театра "Лицедеи". Хорошее, уверяли нас, место.
Чарли Чаплин - чемпион
Изящная кованая конструкция у входа была сложена из чаплинских зонтика, трости и котелка. Знаменитый комик простодушно улыбался с афиши, приглашая внутрь. Внутри же сразу показалось, что мы попали за кулисы старого цирка: под потолком завис зеленый бильярдный стол, раму бутафорского окна украсил букетик фиалок, видимо, от поклонницы, на длинной полке над столами прилег отдохнуть манекен. На мирно жующих и болтающих посетителей, среди которых мы узнали нескольких известных музыкантов и артистов, с черно-белых снимков взирали десятки клоунов Чарли. Цирк в начале века игнорировал понятие плагиат, и образ маленького человечка с усиками был растиражирован на многих аренах. Фотографии некоторых "копий" Чарли как раз и висели на стенах.
Совершенно неожиданно началась "культурная программа". Минут пять трио "Комик Трест" надрывно, со слезой во взоре провожало в последний путь субботу. На шестой минуте жабо и галстуки кис-кис в последний раз жалобно дернулись, и началось настоящее... Актеры превращались то в техников сцены, то в насекомых, то в стариков-маразматиков, то в привидения, блуждающие по залу с фонарями. Потом они раздали публике "халявки" - бутерброды из морковки и капусты. В этот момент мы поняли, что очень хотим есть. После Чарли решили посетить заведение под названием "Саквояж беременной шпионки", что на Большой Конюшенной, очень, говорили нам, интересное место.
У беременной шпионки
В предбаннике заведения все напоминало о шпионах и их суровых буднях: старый телевизор, потрепанный на спецзаданиях автомобиль, стол для разработки военных действий... Деревянные фигуры шпионов сливались со стенами. Один боец невидимого фронта, зажавший в руках шифровку, уже покоился в стеклянном гробу. По лестнице сновали официанты в костюмах беспризорников-осведомителей. Мы последовали за ними.
Картина, представшая взору, радовала и ужасала. Посреди зала возвышалась гильотина, а сиденья для посетителей покачивались на вбитых в потолок цепях. По соседству был "Зал Камасутры" с характерными изображениями на стенах. Сексуальные упражнения индийских йогов на какое-то время вывели нас из состояния угнетенного восторга, но комнатка под названием "Пещера охотника" со стенами из крупных бревен и свисающими сталактитами снова заставила собраться. "Камера пыток", в интерьере которой проступали электрический стул и некоторые орудия для экзекуции, и вовсе подвигла нас попробовать коктейль под простеньким названием "КГБ".
В отличие от декадентского дизайна концертная программа была очень жизнерадостной. Беременная шпионка посылала зрителям воздушные поцелуи, многообещающие взгляды и записки с предложениями типа "Укуси соседку за колено" или "Приходи, как стемнеет, к туалету". Разогревали публику маленькие полицейские с огромными пивными кружками в руках. Пара танцев - и мы решили, что для первого раза хватит. Бульдог, посаженный на цепь у дверей ресторана, проводил нас строгим взглядом и лениво тявкнул вдогонку.
На следующий день пошел дождь. Он навеял меланхолическое настроение. И мы предприняли марш-бросок в "Идиот", который нам рекомендовали как заведение исключительно умиротворенное.
У идиотов
Обстановка кафе напоминала старую питерскую квартиру, заваленную барахлом и любимыми книгами. Антиквариат эпохи Достоевского и вещи из недавнего прошлого гармонично сложились в уютное пространство, в котором люди беседовали, пили чай, играли в шахматы и нарды. Звучала русская и иностранная речь, и казалось, что это не подвал на набережной Мойки, а необычный островок вне времени, географии и социальных условностей. Романтические настроения разбивала разве что рюмка водки, которую в этом вегетарианском заведении подавали к любому блюду или напитку - будь то блины с икрой или чашечка капуччино. Идиоты, одним словом.
После долгой утренней дегустации мы наконец определились, где будем пить этим вечером. Лучшее же в Питере место для пьянства, как нам опять же объяснили, - клуб грязных эстетов "Хали-гали". Глотнув свежего воздуха, мы отправились за приключениями.
Хали-гали, на... Добирались до заведения долго. Покружили по Васильевскому острову, побороли искушение остановиться в клубе Plaza, вырулили на Большой проспект Петроградской стороны. В окошке ресторана Picasso печально замерла любительница абсента. Пусть сидит одна. Мы едем не грустить, а веселиться. Клуб находится в ничем не примечательном доме одного из новых районов. Про заведение рассказывали разное. Например, что официантам в "Хали-гали" предписано материться - кто не матерится, тех, мол, сразу увольняют. Но то, что мы увидели, превзошло все ожидания...
Дать сок нам отказались. "Выпейте лучше шампусика", - прохрипела официантка и уронила пепел на капроновую накидочку, которая подчеркивала ее выдающиеся формы и полное отсутствие вкуса. Эту особу, приятную во всех отношениях, звали Кишка. Потом подтянулась Липучка. "Можем предложить чаю!" - громыхнула она перед нашим носом старым чайником. Сошлись на пиве. Так было проще воспринимать прекрасных дам в разноцветных париках, чулках, перчатках, тапочках и "жесткий", с элементами эротики и абсурда интерьер.
Каждый стол в "Хали-гали" имел свое название, а некоторые детали интерьера даже своего хозяина. На черном мотоцикле, стоявшем в зале, когда-то ездил пионерский вожак Тимур, рыцарские доспехи принадлежали зависшему под потолком дракону, кости - скелетам, а схема разделки свиной туши - мяснику. Пожалуй, никому не принадлежали раскиданные и расставленные повсюду муляжные носы и уши, а также бюстик Нефертити, человек в клетке на сцене и товары из секс-шопа. От всего этого можно было, говоря на сильно отредактированном языке заведения, "сыграть в ящик". Он, кстати, был уже припасен. Гроб стоял у окна, выполняя функции неудобного шезлонга и партера мини-видеосалона-оперного театра: за отдельную плату официантка пела колыбельную, а с экрана велась прямая трансляция из раздевалки стриптизерш. Впрочем, вскоре раздевалка опустела, и стриптизерши появились на сцене во главе с Костей Капитаном. Нахальное "хали-гальское" действо началось.
Ленин принимал роды у гигантской Крупской, трансвестит в костюме Снежной Королевы и парике Мальвины пел под фанеру хит Профессора Лебединского, в паузах между выступлениями орудовала шваброй уборщица Эммануэль. Словесные импровизации на внецензурном языке сыпались из уст ведущего, как из рога изобилия. Из всех шуток лишь одна оказалась пригодной к публикации: "Соль и сахар - наши белые враги, а лес и водка - зеленые друзья".
Пережить стресс помогали "Закрома родины" - уложенные на огромной сковороде хрустящие кусочки свинины и курицы в россыпи креветок и языках пламени подожженного джина. Сочное мясо со спиртовой добавкой вскружило голову. Сразу захотелось сфотографироваться с ведущим, разорвать чулки на официантке, получить футболку с именем клуба, выпить чифиря и вообще сделать что-нибудь возмутительное и нетрадиционное. Счет за полученные удовольствия указывался в халиках. Они в заведении были приравнены к доллару. Нам объявили трехзначную сумму, хотя в остальных питерских заведениях ужин на 500 рублей считался более чем шикарным. Придерживаясь старомодных понятий - в клубе следует проводить время, а обедать все-таки лучше в соответствующем заведении, - мы отправились туда, где кормят.
Куросава в плену
Было бы странно назвать Federico Fellini рестораном. Потому что больше всего это заведение походило на киностудию - много-много залов-павильонов. Можно выбрать себе павильон с любой декорацией - бензоколонку или пляж, ванную или номер дорогого отеля. Мелодии Нино Роты томно разливались над пляжными шезлонгами и над бельем, развешанным на веревках. За всем этим бесстрастно наблюдали глазки старых кинокамер.
Мы сели в зале, стилизованном под фильм "Сладкая жизнь". Меню было написано на коробке с пленкой. Сначала заказали "Лино Вентуру" (картофельный суп с жареными орешками), потом "Джульетту Мазину" (кремовый тыквенный суп), закончили "Акиро Куросавой в плену" (лосось с картофелем и печеными помидорами). Но полностью осилить последнее блюдо не помогла даже бутылка вина.
Насилу отдышавшись, мы вспомнили, что приехали в Питер все-таки не есть, а веселиться. И отправились в ночное заведение - гей-клуб "69", именуемый в просторечье "Цифрой".
Охранники, поставленные для фейс-контроля, вглядывались в нас, как в ожившие полотна Леонардо. Удивились, но в зал впустили. Музыка взрывала танцпол техноритмами, черно-белое пространство резали цветные лучи прожекторов. Мальчики взасос целовали мальчиков. Явно было пора возвращаться домой - догулялись. На улице шел снег. Мы дошли до Дворцовой площади, чтобы попрощаться с любимым городом. Ночь кончалась, но никак не хотела кончаться ночная жизнь. Откуда-то с набережной Невы слышался женский смех. Hasta la vista Питер.
Александр Стаханов
Фото Савелия Архипенко